ChelyabinskHockey.Com поговорил с нападающим «Трактора» 80-х и 90-х Сергеем Хрущевым. 

Школа «Трактора», Перегудов и тренажерный зал, карьера до 39 лет

khruschev (1)

Чем занимаетесь сейчас?
Работаю в школе «Трактора» с командой 2000 года рождения. В паре с Борисом Самусиком. Мы давно знакомы, работали вместе в «Тракторе-2», хорошо понимаем друг друга. Нам остался месяц до российского финала, который пройдет в Дмитрове в середине апреля – в региональном чемпионате мы идем первыми, опережаем ближайшего преследователя на девять очков.

Работать в школе нравится?
Нравится, конечно. Тренирую, занимаюсь своим делом. Наша школа – одна из лучших в стране, здесь отличный тренерский состав. Все работают на огромном желании. И выдают результаты. Я думал о такой работе давно. А год назад на одной из наших тренировок с ветеранами встретился с Вячеславом Угрюмовым, директором школы «Трактора», он и пригласил меня.

Перегудов – главная звезда школы?
Конечно. Виктор Михайлович до сих пор в тренажерный зал ходит, все делает с улыбкой, с шутками. С детьми возится с удовольствием. Откуда только силы берет в таком возрасте?!

Вы и сами в прекрасной форме.
Регулярно тренируюсь и играю в ветеранский хоккей – в чемпионате Челябинска. Там Зиновьевич всех заводит (Анатолий Картаев – прим. автора) и Андрей Кудинов. Народ ходит. На днях первый матч с нами сыграл Владимир Антипин, Боря Тортунов время от времени играет, Евгений Губарев.

Вместе с Андреем Зуевым, Андреем Баландиным и Дероном Куинтом вы входите в топ-4 самых возрастных игроков «Трактора» в истории. Как удалось доиграть до 39 лет?
Может быть, это старая школа, старая закалка. Мне и сейчас говорят – тебе 52 года, а на льду бегаешь, как молодой. Ничего особого не делал и не делаю – никаких витаминов не принимаю. Мне нравится играть, я получаю удовольствие от хоккея, пусть теперь и ветеранского.

На самом деле я бы продолжал карьеру тогда в начале нулевых. Но на мою судьбу повлиял Николай Макаров. Мы встретились в отпуске, и он пригласил работать в систему «Трактора». Я прикинул, подумал, что когда-либо заканчивать все равно придется, мне уже 39 с половиной. В итоге согласился. И начал работать с молодежью «Тракторе-2» вместе с Павлом Езовских.

Что скажете о Куинте? У него еще года контракта с «Трактором».
Конечно, это сильный защитник. У него огромный опыт, отличная физическая подготовка – посмотрите, как он двигается во время матчей. Не зря тренеры дают ему так много игрового времени. У него есть потенциал и дальше продолжать на высшем уровне.

Мастер шашлыков, «рисунки» Шорина и Природина, голы со сломанным пальцем

khruschev (6)

Из двенадцати ваших сезонов в «Тракторе» какой был самым лучшим?
Самый запоминающийся – тот, когда мы стали бронзовыми призерами. А лучший лично для меня – самый первый. Я сразу смог закрепиться в составе, стал играть в первом звене. Для меня это было очень важно.

Вообще это были двенадцать хороших сезонов. Не скрою, меня в свое время звали в другие клубы – в Москву, еще в один город, но я не уехал. Мы были патриотами, тяжело было в команду попасть. Этим дорожили. На протяжении всей советской истории в «Тракторе» были в основном свои челябинские игроки. Иногородних было немного. И это делало команду особенной.

Как вы попали в «Трактор»?
Мы были на сборах в Златоусте с челябинским «Металлургом», а «Трактор» в то же время – в Миассе. Сборы одновременно начались, но у нас длились две недели, у «Трактора» три. Когда у нас все закончилось, мы поехали на футбольный матч – в Миасс к «Трактору». После этого тренер «Трактора» Анатолий Шустов сказал мне и еще нескольким игрокам «Металлурга», что мы остаемся в главной команде.

Впрочем, за тем, как игроки выступали за «Металлург», тренеры «Трактора» тоже всегда следили. Так что это приглашение не было неожиданным. Мы в «Металлурге» тогда играли в тройке с Николаем Шориным и Михаилом Природиным, забивали много. Моя задача была открыться на удобной позиции, а Шорин с Природиным «рисовали» по углам – и мне отдавали, чтобы я завершал.

С кем играли в «Тракторе»?
В основном в связке с Толей Чистяковым и Колей Сухановым. В защите – Анатолий Тимофеев и Игорь Матушкин. В самом начале с нами играл на месте Суханова Стас Шадрин. Но недолго. Помню, мы тогда еще всем составом ездили на турнир в Чехию в составе сборной клубов СССР.

У Матушкина интересная биография.
Человек без нервов. Очень спокойный. Вместе семьями всегда отдыхали, когда были хоккеистами.

Говорят, вы были командным мастером шашлыков?
Это у меня от отца – люблю с мясом возиться. Дома я не готовлю, а вот на природе – шашлык сделать, уху в котелке сварить – это да. И в команде я часто делал шашлыки на всех. Никто никогда не жаловался. Однажды зимой в Златоусте я больше 50 килограммов мяса зажарил для команды. Это мой рекорд.

Заброшенных шайб у вас в карьере больше двухсот. Есть любимые?
Из матча с московским «Динамо». Их вратарь Владимир Мышкин тогда еще отлично смотрелся и в сборной. Но это не помешало мне ему забить, а «Трактору» выиграть. Я открылся под Костю Астраханцева, он вывел меня одного на ворота «Динамо» – и я положил Мышкину в самую девятку. Этот гол потом долго крутили в рекламе клуба, я забивал как раз на рекламном слогане ««Трактор» – это сила! «Трактор» – это мощь!».

И еще две шайбы в памяти. Однажды во время первого периода игры с «Крыльями Советов» мне сломали палец, дальше я играл на уколах, но забил дважды. Любопытные были ощущения, конечно.

Самый сильный тренер, с которым вы работали, когда были игроком?
Все – интересные. Например, Цыгуров. Геннадий Федорович, внес огромный вклад в развитие челябинского хоккея. Сейчас он, кстати, проводит тренерские советы в школе «Трактора». Очень хорошие воспоминания и от работы с Белоусовым. Интересно, что Валерий Константинович начинал в тренерском штабе Цыгурова, а потом выработал свой стиль, нашел свою изюминку. Цыгуров – более жесткий тренер. Белоусов – более спокойный. И у него своего рода магия была всегда.

За счет чего «Трактор» взял бронзу 1993?
Команда подобралась отличная, сплоченная, дружная. Взаимовыручка существовала не только на льду, но и в жизни. И Валерий Белоусов прилично с нами поработал. Тренировочный процесс был очень грамотный.

Как отмечали эти медали?
В Москве, в концертном зале «Россия». Там собрали всех медалистов сезона: московское «Динамо», «Ладу» и «Трактор» с «Крыльями Советов». Для нас пели звезды эстрады – Ирина Аллегрова (все еще думали, что ее песня «Привет, Андрей!» Хомутову адресована), Любэ, Игорь Николаев, Наташа Королева, молоденькая, с желтым чемоданчиком, Татьяна Овсиенко. Женам особенно понравилось.

А утром у «Трактора» был самолет в Италию – поощрительная поездка на десять дней. С семьями. И вот мы прилетели в Рим, а там нас развернули прямо в аэропорту – автоматчики с собаками сопроводили назад в самолет и отправили обратно в Россию.

Невероятно!
Этой поездкой занималась питерская компания, одна из представительниц которой была замешана в противозаконных делах в Италии, въезд в страну ей был запрещен. Как сейчас помню эту картину – часть команды уже прошла контроль, пересекла границу и была в Италии, а эта женщина шла в середине. На ней-то все и закончилось. Интересно, на что она рассчитывала?!

Жаль, программа была намечена большая: мы прилетали в Рим, а потом по разным городам ездили на экскурсии.

Из состава «Трактора» 1993 года практически все сейчас при деле: Сергей Гомоляко – первый вице-президент родного клуба, Игорь Варицкий – генменеджер «Витязя», Константин Астраханцев и Игорь Федулов нашли себя за границей, многие работают тренерами. А у кого не сложилось?
Сложная судьба у Олега Мальцева. В начале 90-х его сильно звали в НХЛ, в Монреаль, даже игровой свитер прислали. Но что-то его удержало, он не поехал. И зря, надо было ехать. После окончания карьеры у него все было достаточно непросто, он даже таксистом в Челябинске работал. Теперь в Тольятти тренирует детей.

Не стоит забывать, что, к сожалению, двух наших друзей – Валеры Карпова и Вадима Гловацкого – с нами уже нет. Как и Дениса Цыгурова.

Еще одна трагедия с челябинским хоккеистом произошла прямо на ваших глазах.
Да, Сергей Парамонов умер после одного ветеранского матча. Он давно не катался тогда, а потом начал сразу резко. Провел несколько тренировок, а потом мы играли. В три тройки и две пары защитников. Вот он и надорвался. И ведь тоже молчал – сказал бы, что ему тяжело, я бы сыграл – я могу играть много. Сидели в раздевалке, он в метре-двух от меня. И упал. Спасти не смогли

Крикунов и Целе, отель «Черная кошка», фанаты «Партизана»

khruschev (5)

Сразу после бронзового сезона вы уехали из «Трактора» в чемпионат Словении. Доигрывать?
Нет, конечно. Я же потом вернулся в Челябинск и играл еще пять лет. Поехать мне Белоусов предложил – сказал, что Владимир Крикунов сильно заинтересовался моей кандидатурой и хочет, чтобы я играл у него в клубе «Целе». Сначала кошки скребли – думал, ехать или нет. Валерий Константинович не заставлял, конечно, из команды не гнал. Решение было только мое. И я решился.

Денег удалось заработать?
В Словении нормально заработали. Не сказать, что много. Немногим больше, чем здесь бы получилось. Просто интересно было поиграть за границей, обстановку сменить, пожить в другой стране.

Сейчас словенцы на чемпионатах мира играют постоянно, но даже и в начале девяностых там был нормальный уровень хоккея. В чемпионате было восемь команд. Наши главные игры были с «Олимпией» из Любляны, которая тогда сделала команду в основном из канадцев. У нас же в «Целе» был такой советский стиль, не зря же тренером был Владимир Крикунов. И тренировки были любопытные. У нас было два профессиональных состава, а остальные – любители, которые работали в других местах. Для них нагрузки Крикунова были чем-то запредельным. Некоторые хотели даже заканчивать с хоккеем из-за этого. Пришлось нашему тренеру нагрузки снижать, легче тренировки делать.

В целом, конечно, хорошее время было. Целе – это среднегорье, там великолепная природа, чистейший воздух. Мы были с семьями, с детьми. Эмоции были только позитивные. Плюс приобрели своеобразный опыт, выиграли бронзовые медали, расширили кругозор.

Интересно было жить в такой красивой стране после проблемной России начала девяностых?
Два месяца я там был один. Как бы на разведке. Дочкам было 9 и 10 лет, они потом с женой прилетели, вместе с женой Саши Рожкова, он тогда играл в другой команде из чемпионата Словении – в «Бледе».

Мы сначала жили в небольшой гостинице с очень интересным названием «Черная кошка». А потом всей семьей переехали в апартаменты. Удивительное место было – дверь картонная на какой-то ключик игрушечный закрывалась, сверху стекло, замок – один. И ничего, никаких воров. А в России в то время все вообще ставили себе железные двери. Мы ели в ресторане по талонам и почти две недели считали вторые блюда на обеде – все ждали, когда же хоть что-то повторится. Оказалось – на тринадцатый день. Кормили на убой и очень вкусно. Австрийцы туда часто приезжали на выходные. Приедут в пятницу, сядут за стол и до вечера субботы не выходят. Вино – рекой, рыба, морепродукты. В общем, праздник.

Конечно, жить там понравилось. Целе – небольшой городок, все чисто, тишина, при этом люди умеют и отдыхать, и веселиться. С детьми интересно – было что показать, куда съездить.

По Европе?
Нет, мы только в Австрии побывали. Путешествовали по Словении. В Блед ездили – в гости к Рожкову и Сергею Парамонову. У них тоже красиво все было – курортный городок, лебеди плавают.

Не было мысли остаться? Игорь Федулов уехал в Швейцарию и эта страна стала его второй родиной. Недавно его именной стяг подняли на арене в Женеве.
Я бы не смог жить за границей. Даже мысли не было оставаться. Домой всегда тянуло и тянет. Даже со сборов. Мы часто ездили по Европе на различные турниры с «Трактором» и всегда мне хотелось обратно в Челябинск. И дети такие же. Наташа, моя младшая дочь, в Америке год прожила, а во второй поездке через два месяца уже звонила – по дому соскучилась.

После Словении вы провели год в белградском «Партизане», где тренером был Анатолий Картаев. Какие впечатления остались от того времени?
Такие же хорошие, как от сезона в Целе. В команде у нас целая челябинская диаспора образовалась – Олег Семендяев, Сергей Кулев, Игорь Калянин и я. Плюс у нас играл вратарь из Екатеринбурга – Александр Семенов. А Виктор Перегудов работал с детьми в школе клуба. Все были с семьями. На футбол и баскетбол постоянно ходили. Помню еще зоопарк отличный в Белграде, дети в восторге были. Очень любили в большой теннис играть. Нас тренеры постоянно вызывали на поединки. В основном мы выигрывали. Хотя Перегудов в то время очень прилично в теннис играл.

У «Партизана» крайне серьезные фанаты. Пересекались?
На футболе видели, конечно. Но на хоккей они мало ходили. Пара местных парней были заводилами в команде, их все любили, они были народными героями среди своих. Нас тоже любили – за то, что мы делали результат. В то время в югославском чемпионате доминировала «Црвена Звезда». Мы изменили эту ситуацию. Выиграли чемпионат, балканскую лигу.

Хоккей в Миассе, работа с китайцами, обладатель Кубка Стэнли в «Тракторе-2»

khruschev (8)

После двух лет на Балканах вы вернулись в Челябинск. Играли за «Трактор» и даже немного в первой лиге – за «УралАЗ».
Зимой матчи проходили в Миассе, на открытом катке. Народ собирался, было на что посмотреть. Весной играли во дворцах, в Челябинске – на ЧТЗ, в «Юности».

Удивительно, но вы после этого экстрима снова пробились в профессиональный хоккей и застали в «Мечеле» начало большого пути Даниса Зарипова.
Было видно, что из него получится интересный игрок. Это было в сезоне 1999/2000. Данис тогда только вернулся из-за океана, где провел год в одной из юношеских лиг. Ему было всего восемнадцать, но он не затерялся в команде, которая тогда неплохо играла в суперлиге.

Кубок Федераций 2002, турнир для команд, не попавших в плей-офф Высшей лиги – самое ужасное, что было в вашей биографии?
Это была самая низкая точка падения «Трактора» в истории. Времена для клуба были по-настоящему очень тяжелыми. Ну, а цель у этого турнира была одна – поиграть в конце сезона, посмотреть молодежь. Ничего серьезного, конечно. Типа Кубка Надежды.

Закончив карьеру игрока, вы два года проработали в «Тракторе-2», а затем попали в основную команду. И весной 2006 в штабе Геннадия Цыгурова стали соавтором возвращения клуба в суперлигу.
Да, эмоции большие были! Наш куратор от правительства области, Андрей Косилов, помню, в Москве после победы над «Крыльями» на лед выскочил с огромной бутылкой шампанского. Потом самолет, ясно, веселый очень был. И забитая болельщиками площадь перед аэропортом в Челябинске. Впечатления – на всю жизнь!

Почему не остались в команде на следующий сезон?
Честно говоря, не хочу ворошить эту историю. Я оказался в молодежной команде клуба. Вместе с Борисом Самусиком мы, считаю, плодотворно поработали с «Трактором-2», а потом и с «Белыми Медведями» на протяжении четырех сезонов. В 2008 году выиграли со сборной Урала первую зимнюю спартакиаду учащихся, а в 2010 дошли до полуфинала первого Кубка Харламова.

После чего перед матчами за третье место с «Толпаром» Самусика заменили на Шадрина. А после сезона убрали и вас.
Вы знаете, в Челябинске всегда так делается. Работаешь, работаешь – а потом, даже если есть результат, тебя убирают. Я приехал на арену по делам и практически случайно обо всем узнал. Обиделся тогда сильно на все это, по сути, ушел из хоккея. Только с ветеранами играл.

И работали на российско-китайском проекте помощником директора?
Да, Ван Динь Дзюнь – хороший мужик, умный. Три года я с ними работал. Они начали в Челябинске большой проект – прокатный стан, рельсы делали. Я переключился с хоккея на совсем другую жизнь. Мне даже понравилось.

В «Тракторе-2» у вас была очень приличная банда: Евгений Кузнецов, Антон Бурдасов, Слава Войнов.
Жора Белоусов, Егор Дугин, Толя Никонцев, Серега Шумаков. Многие сейчас на виду в клубах КХЛ. Многих упустили в Челябинске.

В сезоне 2008/2009 c «Трактором-2» по городам и весям первой лиги колесил Максим Кузнецов, обладатель Кубка Стэнли.
Классный человек. У него не пошло тогда в «Тракторе» и его отдали нам. Помню, сидим мы в тренерской и думаем, что же нам делать-то с таким игроком? А он оказался простым, был дядькой-наставником для наших молодых ребят. Его не смущало ничего – и на автобусах с нами на матчи ездил. А ребята впитывали его опыт. Когда мы несколько лет спустя приезжали в Санкт-Петербург, общались.

Часто бываете на матчах «Трактора»?
Не очень. Раньше больше ходил. Но все смотрю, конечно, слежу за положением дел.

А внук?
Марку два с половиной и он уже был на хоккее. Правда, половину своего первого матча он на площадку совсем не смотрел – только на Мишку, символ клуба.

155

Фото – личный архив Сергея Хрущева, открытые источники